Facebook ВКонтакте Одноклассники Твиттер Instagram YouTube

Поиск Написать нам Подписаться на обновления

Генуэзцы в Крыму: крепости и чума

Кармолис » Блог » Это интересно » Генуэзцы в Крыму: крепости и чума

Знатоки и любители Крыма наверняка обратили внимание на один медицинский термин, встречающийся в его географических названиях по всему полуострову – от микрорайона Старый Карантин в Керчи до севастопольской Карантинной бухты, на берегу которой раскинулись руины древнего Херсонеса.

Ничего удивительного в этом нет: в старину каждый морской порт выделял специальное место, где отстаивались пришедшие из дальних стран торговые суда, а специально назначенные чиновники и врачи следили за тем, чтобы вместе с товаром и моряками на берег не попала какая-нибудь заморская болезнь, и прежде всего – чума.

Однако мало кто знает, что и распространение чумы в Европе, и появление в ней портовых карантинов связано с Крымом самым непосредственным образом, и прежде всего – с генуэзской крепостью Кафа, раскинувшейся в современной Феодосии на (ещё одно совпадение!) Карантинном холме. А началось всё больше 400 лет назад...

Начало XIII века. Четвёртый крестовый поход, собранный в странах Западной Европы, внезапно ударил по  христианской Византии. Успех обеспечили венецианские купцы с их большим флотом: Византия была для них сильным конкурентом, державшим в своих руках почти всю торговлю с Востоком. В 1204 году пал Константинополь, и перед посланцами Венеции открылся свободный доступ в Чёрное море, к богатым землям, на которых исстари были колонии Греции и Рима.

Однако за спиной у венецианцев, в Средиземном море, оставался ещё один сильный конкурент – Генуя, город-республика, не уступавший Венеции ни по размаху торговли, ни по размерам флота – и тоже отчаянно нуждавшийся в новых колониях.

Так что не прошло и полувека, как крестоносцев выбил из Константинополя заручившийся поддержкой генуэзцев Михаил Палеолог. Новый император-базилевс в благодарность предоставил своим союзникам и монополию на торговое судоходство в Чёрном море, и один из районов своей столицы под поселение, ставшее основной базой для колонизации.

Следы этой колонизации до сих пор стоят по всему Крыму. И если от первой генуэзской колонии Воспоро (унаследовавшей название античного Боспора Киммерийского), располагавшейся у подножия горы Митридат и руин древнего Пантикапея, сейчас мало что осталось, то в других местах генуэзские крепости – Солдайя (или Сугдея) в Судаке, Чембало в Балаклаве под Севастополем, Кафа в Феодосиии, - до сих пор хранят следы былого 200-летнего владычества Генуэзской республики.

Впрочем, мощные, пережившие века и множество войн крепости потребовались генуэзцам не только для демонстрации своего величия. В Крыму это величие оспаривал сильный и беспощадный враг — татарские ханы, то выгодно торговавшие с колонистами, то нападавшие на богатые города. Во время одного из таких нападений и случилось событие, стоившее впоследствии жизни четверти населения всей Европы...

Хотите узнать увлекательное продолжение? Следите за нашими дальнейшими публикациями!

Европейцы успели позабыть о страшной эпидемии «юстиниановой чумы» VI-VII вв. н.э. - природные очаги этой болезни располагались на Востоке, торговля с которым шла через множество посредников, служивших своеобразным фильтром для распространения заразы.

Однако в 1346 году чума пришла в лагерь золотоордынского хана Джанибека, осадившего генуэзскую Кафу. Эпидемия не пощадила никого, татарское войско ослабело настолько, что вынуждено было снять осаду и уйти в степь из ставших смертельно опасными лагерей вокруг стен. А из самой Кафы один за другим уходили корабли с генуэзцами, пытавшимися спастись от болезни – и несшими её с собой дальше.

Уже весной следующего года чума обнаружилась в Константинополе, начавшись с генуэзского квартала Пере, где поселились первые беженцы из Кафы. Осенью того же года в итальянский порт Мессина на Сицилии прибыли генуэзские корабли, и даже спешное изгнание генуэзцев из порта уже не смогло спасти город.

Родная Генуя встретила изгнанников выстрелами катапульт и дождём огненных стрел, отогнавших корабли обратно в море – но и это была лишь отсрочка: «чумная эскадра» ушла в Марсель, и эпидемия начала распространяться по континенту.

Пустели города, прекращались войны – некому было держать оружие, болезнь не щадила ни королей, ни священников, ни врачей, пытавшихся хоть чем-нибудь помочь. И только в 1353 году чума, пройдясь напоследок по русским княжествам, вернулась обратно в Дикое Поле северного Причерноморья – где и затихла на века.

Эта катастрофическая пандемия изменила весь ход мировой истории и дала мощный толчок к развитию медицины. В поисках средства от чумы изобретались новые лекарства, а главное, впервые после античных времён европейцы всерьёз задумались о том, что распространению болезней можно и нужно противостоять не только молитвами, но и действенными земными мерами.

Именно во время этой пандемии и возникло само понятие «карантин» от итальянского «кваранта гиорни» (40 дней). Такой срок считался достаточным для того, чтобы скрытая болезнь у кого-нибудь из команды корабля проявила себя полностью, и в Венеции ввели обязательное правило: каждому заходящему в порт судну до истечения 40 дней стоять на рейде и не приближаться к берегу. Еду и воду на борт передавали работники специальной службы порта.

Так и повелось – карантинные службы существуют в портах и поныне, только меры безопасности, разумеется, предпринимаются уже другие, современные.

И так уж случилось, что в XIX веке, когда чума время от времени пыталась снова проникнуть в Крым, в Российской империи под Центральный карантин для всех прибывающих из неблагополучных портов кораблей и судов был выделен именно порт Феодосии, а в нём врачебно-наблюдательная станция расположилась на окраине города, в хорошо огороженном месте, где распространение болезни можно было ограничить – в стенах цитадели генуэзской Кафы, с которой всё и началось.